Достоевский и Пермь

Ф.М. Достоевский является одним из самых читаемых и переводимых русских писателей в мире. Ежегодно по его произведениям и даже по биографии ставятся спектакли и снимаются фильмы. Жизнь и творчество Достоевского изучаются на десятках конференций самого разного уровня, проводимых по всему свету, издаются сотни научных, полунаучных и ненаучных книг и статей. И это повторяется вновь и вновь, значит, какая-то тайна писателя все еще остается нераскрытой.

В 1880 году Достоевский, выступая на торжествах, посвященных восьмидесятилетию со дня рождения А.С. Пушкина, сказал: «Пушкин умер в полном развитии своих сил и бесспорно унес с собою в гроб некоторую великую тайну. И вот мы теперь без него эту тайну разгадываем». Думается, эти слова в полной мере можно отнести и к самому Достоевскому.

Мало кто из пермяков знает о том, что Достоевский был в Перми. За участие в политической организации, ставившей целью преобразование самодержавия в конституционную монархию 16 ноября 1848 года он был осужден на четыре года каторги.

Официально установленный маршрут следования арестантов в Сибирь проходил по Петербургской, Новгородской, Ярославской, Владимирской, Нижегородской, Казанской, Вятской и Пермской губерниям. Писатель вспоминал об в письме к брату Михаилу: «Нас везли <…>по Петербургской, Новгородской, Ярославской и т. д. <…> В Пермской губернии мы выдержали одну ночь в сорок градусов. <…> Довольно неприятно. Грустная была минута переезда через Урал. Лошади и кибитки завязли в сугробах. Была метель. Мы вышли из повозок, это было ночью, и стоя ожидали, покамест вытащат повозки. Кругом снег, метель; граница Европы, впереди Сибирь...». Затем, через Уральские горы, – в Тобольск, а уже оттуда – в Омск.

После отбытия срока каторги и последующей службы в 7-ом линейном пехотном батальоне (г. Семипалатинск) Достоевский в июле 1859 года возвращался в центральную Россию той же дорогой: «Великолепные леса пермские и потом вятские – совершенство. Но в Перми уже мало замечаешь пустырей по дорогам: всё запахано, всё обработано, всё ценится. Так, по крайней мере, мне показалось. <…>В один прекрасный вечер, часов в пять пополудни, скитаясь в отрогах Урала, среди лесу, мы набрели наконец на границу Европы и Азии. Превосходный поставлен столб, с надписями, и при нем в избе инвалид*)...» и т.д.

Таким образом, факт следования Ф.М. Достоевского к месту каторги и обратно через Пермскую губернию является бесспорным, а поскольку «кандальный» (он же – Сибирский) тракт пролегал по территории губернского центра, то Достоевский обязательно хотя бы на краткое время останавливался в Перми. Наиболее вероятное место пребывания арестанта Достоевского – тюремный за́мок (ныне – СИЗО №1 г. Перми; ул. Клименко, 24). Что касается обратного пути, скорее всего, это была краткая остановка, воспоминаний о которой писатель не оставил, как не оставил и описаний нашего города, да ведь и описывать-то особо было нечего – Пермь была задумана и построена как типовой губернский город. Тем не менее, Достоевский всю жизнь помнил о Перми и упоминал его в своем творчестве: в «Униженных и оскорбленных», в «Преступлении и наказании» и в «Дневнике писателя».

А между тем, до недавнего времени в Перми не было даже улицы Достоевского! Точнее, она именно была: согласно решению Исполкома Молотовского Городского Совета депутатов трудящихся № 220 от 7 апреля 1940 имя Ф.М. Достоевского было присвоено одной из улиц Мотовилихи (м/р-н «Рабочий поселок»). Однако в начале 1990-х годов в ходе перепланировки микрорайона улица бесследно исчезла.

Эта несправедливость должны была быть устранена, и Пермское отделение Общества Достоевского начало работу над проектом по возвращению имени писателя Перми (См. «О проекте»).


*) Так назывались в те времена отставные солдаты, несущие караульную службу. Заметим, что сегодняшний знак на границе Европы и Азии находится в безобразном состоянии: мало того, что его художественное решение вызывает много вопросов, он совершенно беспризорен и потому разрисован памятными надписями проезжающих мимо дикарей и завален горами мусора.

Что мешает поставить там если не «избу с инвалидом», то хотя бы кафе с туалетом, определенная часть дохода которого шла бы на содержание этого «объекта культуры» в мало-мальски приличном виде?